— Мя-яу! Ну можно мне ещё моро-оженого?
Лунный кот потёрся об ноги звездочёта, в чью обсерваторию он часто захаживал. И каждый раз не обходился без, порой, наглого попрошайничества самого лакомого кусочка в галактике. Космическое мороженое, которое готовится по принципу сахарной ваты.
Птица-секретарь в очках и колпаке со звёздами не очень любила подобные визиты. Только что беседовал с кометой, высчитывая её орбиту и попутно занося пометки в огромную ветхую книгу, выглядели которые, как курица лапой начеркала.
Этот котик не для отдыха, он не будет спать рядом, даже если устанет. Земля — его место для игр, а уютное место, где мурчик проводит свои дни в сладкой дрёме, Луна. Вот это и проблема для Звездочёта, с тех пор, как он узнал, что из сияющих скоплений звёзд получается отличное мороженое. Даже вкуснее, чем любое пирожное.
— Иди, сам делай себе мороженое. Уже много раз ты видел, как я его делаю.
— Но у меня лапки.
— Тогда заходи в другой раз, — сказала на это долговязая птица, клювом собирая вещи в сумку. Уже пора было идти домой.
— Ну что ты такой недовольный?
— Нет, всё нормально. И ты ел сегодня мороженое, я думаю, тебе хватит.
Котик стал тереться об ноги.
— Полетай пока в галактике, глядишь, и день пройдёт. Вернёшься, вот и мороженое готово. Займи себя чем-нибудь.
Звездочёт направился к выходу, где его ждал маленький рюкзачок и открытая дверь. За ней шумел ночной еловый лес, с блестящими иголками, благоухающий смолой и листьями, особенно после дождя.
— Было бы чем! Никак не могу эту комету поймать, шустрая она очень, — не отставал котик.
— А я тут при чём?
— Ну, она ж к тебе прилетает.
— Ага, до того, пока ты её не спугнёшь. Иди.
Птица-секретарь прикрыла подтолкнула дверь ногой, с остальным справился ветер. На холме он был частым гостем.
Лунный кот понял, что делать ему здесь сейчас нечего. Он подпрыгнул, превратившись в что-то наподобие Нян-кета, и отправился высоко-высоко куда-нибудь в космос. Звездочёт проводил взглядом маленькую точку, после которой оставалась полоса света. Красиво.