Феликс отпирался. Он всеми силами искал оправдания и причины для себя и остальных, почему он не может поехать с ними отдыхать на побережье на все выходные. 

Заболел? Ничего, до поездки ещё неделя, вот тебе витаминки, вкусный чай и ждём готовым в пятницу. 

Экзамены? Дорогуша, ты все уже сдал, как и мы, так что никаких возражений не принимается. 

Родители не отпустят и обидятся? Ничего, мы уже заранее отпросили тебя, так что не переживай! 

Нет спальника и палатки? Поспим в машине и у других все будет! Ты много места не занимаешь! 

Несварение накануне поездки? У нас есть прекрасное лекарство, по пути отойдешь, а там два дня веселья! 

Феликс пытался. 

И сейчас, когда он с грустью смотрит на собранный в дорогу рюкзак, инвентарь, небольшую сумку с едой и прочим перекусом, то пытается смириться с тем, что пару часов придется слушать пение и неконтролируемые крики друзей по пути к пляжу. 

Он любит поездки, как и выбираться с друзьями в жаркий день к ближайшему водоëму, но в этот раз желания не было, да и внутреннее чутье будто знало, что что-то будет и не факт, что хорошее. 

И как только он ступил на пляж, неся следом за другими сумки и прочие вещи, сердце заколотилось быстрее, слыша вдалеке радостные крики, звуки музыки и импровизированную стоянку байков с мотоциклами. 

Феликс не был параноиком, как и тем, кто додумывает все наперед, веря во всякие знаки судьбы и совпадения, но чувство, что именно на этой стоянке, в большой компании незнакомцев, он сможет встретить того, кто так и не выходит из головы, и чьё имя он все ещё не знает, как бы не хотелось. 

- Ну, чего застыл? Идем, пока другие лучшее местечко не заняли! - Хан пихает Феликса краем сумки в бок, подгоняя к остальным и тот выходит из раздумий, все ещё изредка косясь в сторону отдыхающих. 

Палатки поставлены, место у кострища оборудовано и на фоне играет по третьему кругу чей-то плейлист, который заглушается разговорами и громким смехом. 

Феликс расслабляется, кутаясь в лёгкий плед, который любезно одолжил ему Чонин и смеётся вместе с остальными, когда у Джисона открывается второе дыхание для развлечения компании. 

Он не замечает как ясный день сменяет вечер и огонь костра кажется ещё более манящим, только вот Хан тянет его куда-то в сторону от ребят, что-то слишком быстро объясняя и показывая вперёд. 

И Феликс понимает, что тот задумал. 


Этот парень... Он в самом деле ненормальный и, видимо, заметив ещё днём незнакомцев у которых есть двухколёсные кони, явно испытывал все намерения прокатиться хотя бы на одном из них, если позволят. А зная эту чокнутую белку, ему точно не откажут, даже если очень захотят. Но одному же идти страшно! И нужно было взять именно Феликса? Вон, прихватил бы Хенджина! С ним бы точно не отказали. 

Да только идёт следом, молясь всем богам, чтобы чувство его обмануло. 

Вот только, пока Хан заговаривает тем зубы и явно входит в доверие, Феликс решает посчитать звезды, выпитые банки пива, количество камушек под ногами и порассматривать присутствующих до того момента, пока взгляд не сталкивается с уже знакомым напротив и каким-то насмешливым, что Феликс сразу отводит свой в сторону, покрываясь алыми пятнами от смущения и благодаря то, что на улице уже не так светло, чтобы заметить его состояние. 

Он смутно помнит как Джисон что-то радостно выкрикивает и явно доволен исходом переговоров, когда тянет за руку Феликса к дороге, где им было предложено дождаться новых знакомых.

Феликс вовсе думал, что подождёт около дороги, пока Хана прокатят на мотоцикле и не будет в этом участвовать вовсе. 

Вот только... 

- Приди мы хотя бы на полчаса позже, то никаких бы знакомств и катаний не было бы. Хотя знакомства бы и были, а вот быстрая езда! А тут как вовремя, и ведь они как раз выпить не успели, потому что ездили до ближайшего магазина за розжигом, едой и прочей фигнёй! Так что сейчас подождём и оторвëмся. И ты видел его? Ну просто красавчик. Будь я девушкой, то дал бы не раздумывая, хотя я бы и так, но кто же знает... 

Феликс пытался уловить словесный поток друга, который упорно перебивался собственными мыслями. А еще понять о ком вообще идёт речь, до момента, пока Хан не притих, в нетерпении перекатываясь с пятки на носок. 


- Не заскучали? - Звучит насмешливый голос и Феликс оборачивается, решая, что идея сбежать может быть не такой уж и плохой. 

Феликсу кажется, что это все насмешки судьбы, ведь как иначе объяснить то, что жизнь продолжает их сталкивать? 

Парень бросает короткий взгляд на того, с кем договаривался Джисон о поездке и отмечает, что мужчина довольно красив, и не присутствуй в его влажных фантазиях этот незнакомец с тёмным взглядом, то он был бы не против при случае узнать друг друга получше. 

Но в его мыслях прочно засел мужчина, чьи руки сейчас не скрываются под длинными рукавами одежды и заставляют Феликса нервно облизать губы, видя рельеф мышц, обтянутых тёмной тканью футболки. И это даже лучше, чем представлял себе парень. 

И пока Джисон успевает с нескрываемым удовольствием разместиться позади второго, Феликс продолжает стоять столбом, будто вкопанный и разглядывать объект обожания, думая, что еще может быть не поздно сбежать. Хотя бы в те кусты? 

- Феликс, да не тормози, а то так и до заката не успеем! - Подгоняет его Хан и парень, чтобы не злить друга, решается незамедлительно сесть на предложенное место. Ведь как бы тот не был мил внешне, но в скверном настроении Джисон становится настоящим демоном. А тем более, если на кону его возможные отношения или развлечения... 

- Ликси, значит, - доносится до его слуха, когда парень пытается не думать о том, что находится в паре десятках сантиметров от мужчины. 

Голова идёт кругом и уши закладывает от волнения, да и сердце ещё чуть и проломит грудь, а ведь они даже не тронулись с места. 

И Феликс проклинает себя за то, что из-за волнения не может разобрать имени, которое произносит мотоциклист, точнее оно вовсе проносится мимо. 

- Лучше держись за меня и крепче, - говорит мужчина, ведь Ликс вцепился в заднюю часть седла и вовсе собирался минимизировать физический контакт между ними, чтобы не упасть в обморок от переизбытка чувств посреди дороги. 

- Мне... Я нормально держусь, - почти мямлит под нос парень, видя, как Хан с его новым знакомым, имя которого Ликс так и не узнал, трогаются с места под довольные возгласы друга. 

- Как знаешь, - хмыкает мужчина, резко начиная движение и следом ловко тормозя, что Феликс и сообразить не успевает, как впечатывается в чужую спину, рефлекторно обхватывая торс мужчины руками. 

Он даже не успевает сориентироваться, как они уже плавно начинают набирать скорость и парень готов поспорить, что на губах мотоциклиста играет довольная ухмылка. 

Они едут по пустой трассе и Феликс боится даже дышать. Он чувствует как сердце готово выпрыгнуть из груди, что прижимается к горячей спине мужчины. И оставшийся еле заметный шлейф того самого парфюма столь приятен, что хочется не сдерживая себя уткнуться куда-нибудь к открытый участок кожи и вдыхать его. 

Парень открывает глаза и видит красивый алый закат в сиреневой дымке. Ветер, приятно холодящий кожу. И хочется раствориться в этом мгновении. Ехать вот так, не заботясь ни о чем, прижимаясь к любимому человеку. 

В какой-то момент фантазии вновь охватывают его воображение и даже закат становится не так важен. 

Стоит отпустить сомнения, прижаться ближе и увереннее обхватить руками торс мотоциклиста, чувствуя, как напрягаются под ладонями мышцы живота, провести носом вдоль линии шеи и не замечать, как скорость постепенно снижается. 

Пальцами забраться под край футболки, оглаживая кожу вдоль линии шорт и выше. Выть внутри себя от получаемых ощущений. 

В наглую ласкать доступные участки тела, дразня, лишь бы стереть с губ эту насмешливую ухмылку. 

И кожу на вкус попробовать, как и хотелось тогда. Прям так, как сейчас, игриво и совсем осторожно прикасаясь к открытым участкам губами, чтобы слышать неравнодушный вдох. 

И съехать с трассы, сбивая колесами траву с землёй, выключая двигатель, чтобы в следующий момент и не заметить, как сильные руки сжимаются на теле. 

- Ты играешь с огнём, Ликси, - и мурашки по коже от голоса и потемневшего взгляда. 

Дыхание сбивается от того, насколько приятно ощущать на себе чужие прикосновения ладоней, губы, что не дожидаясь ответа накрывают собственные. 

И добавить бы к этому желание, которое не покидает с первого дня, быть прижатым к седлу, позволяя ласкать своё тело горячими руками, ощущая под своими такую же раскаленную кожу. 

Феликс выть готов, лишь бы столь реальные ощущения не прекращались. 

И лишь когда с губ срывается очередной приглушённый стон, стоит мужчине совсем легко прикусить чувствительную кожу на шее, как опьяненный фантазией парень понимает, что его игры с воображением и этим ненормальным влечением зашли слишком далеко. 

Он замирает, когда осознание накрывает взрывной волной и хочется сгореть со стыда. 

- Я... Мне... - Феликс задыхается, будто при панической атаке, желая сбежать и спрятаться, чтобы никто не узнал о том, что произошло. 

Он настолько напуган, что Чанбин, видя состояние парня останавливается, отстраняясь и в последующее время успокаивает, заставляя слушать свой размеренный голос и не задавая лишних вопросов отвозит к их остановке компании, убедившись, что парень точно дошёл до все еще веселящихся у костра друзей. 


На утро Феликс не сразу осознаёт произошедшее, но стоит вспомнить подробности и то, что это был не сон, как лицо сгорает от смущения и стыда и он еще полчаса уговаривает себя на то, чтобы пойти и извиниться перед мужчиной за вчерашнее. 

И как только он собирается силами, приносить извинения оказывается некому. Минхо, как узнал Феликс, тот, с кем катался и судя по всему провёл в его компании ночь Джисон, сообщил, что Чанбин уехал с побережья еще ранним утром из-за работы. 

Ни номера, ничего, кроме имени, которое будет всплывать из раза в раз в голове. Феликс ненавидит судьбу. 

Третья встреча оставила Феликса с желанием сгореть со стыда и закончить начатое. Ведь воспоминания и те ощущения, что подарил ему мужчина было невозможно выбросить из головы. И метка, горящая на коже, как напоминание о произошедшем.