Глава 11. "Болото мертвецов"

Сегодня было холодно, но ясно. Промозглый ветер норовил забраться под одежду и выдуть последние крохи тепла. Палладиум даже отправлял переодеваться двух учениц, явившихся на занятие в коротких шортах. Длинные штаны, высокие сапоги и куртки — вот как надо было одеваться!

«Проводить нас к костям под поверхностью болота» — сформулировал задачу Палладиум.

 «Значит, кости под поверхностью болота» — согласилась Селена.

Первые полчаса они бодро шагали по грязи, возглавляемые ведьмочкой, утверждавшей, что четко «навелась» на обозначенные кости. Девушки даже немного запыхались от быстрой ходьбы. Палладиум иногда поглядывал в карту, но Селену не перенаправлял.

 — Профессор Палладиум, я вижу много полезных растений. Почему мы ничего не собираем? — спросила Нелькора.

 — Растения, которые нужны нам сейчас, растут только на старом кладбище на острове посреди болота, мисс Аранн, — отвечал учитель, зябко ежась.

 — Именно поэтому для переноса лопат задействована Селена, то есть, простите, уже профессор Селена? — хихикнула Тетта.

 — Это не смешно, мисс Гресис. Кладбища — профиль нашей новой коллеги. С учетом того, что происходит в Магиксе, на острове нас вполне может ждать неприятный сюрприз в виде оживших мертвецов.

Феи приумолкли и стали тревожно озираться по сторонам.

Некоторые все же подбирали растения по пути. Селена тоже иногда нагибалась и клала что-то в сумку. Эйлита с любопытством нагнала ее и тут же отбежала назад, давясь смехом. Это был не цитаноид, описанный классу как «пучки темно-зеленых листьев с синими прожилками», но характерный стебель с длинными и тонкими, словно волосы, листьями.

Постепенно местность стала совершенно незнакомой. Группы школьников обычно бывали в другой части болота, более безопасной и богатой на растения. Здесь болото было поганее, коварнее, островков с травой попадалось меньше, а деревья почти не встречались. Тропы были редкие, узкие, и следы на них просматривались не человеческие, а звериные. Над болотом стелилась едва заметная туманная дымка, но, к счастью, не желтая, а безобидная белая. Небо заволокло тучами.

Траектория движения стала далека от прямой: они закладывали петли, огибая участки трясины, совершали длинные прыжки, несколько раз пришлось перелетать. Палладиум уже не выпускал карту из рук. Селена стала часто останавливаться и подолгу вертеть головой, «принюхиваясь» к следу. В целом она пока что выбирала верное направление, неплохо отыскивая дорогу в болоте. Эйлита и Алиса, шедшие недалеко от начала колонны, склонялись к мысли, что у Селены остался опыт прохождения болот со времен некромантской общины. Точнее, склонялась Эйлита, а Алиса про себя думала, что та, наверное, просто видит болото насквозь.

 — Что-то не так? — тихо спросил Палладиум, нагоняя ее во время очередной долгой остановки.

Ведьма передернула плечами.

 — Тут что-то странное, — нерешительно сказала она. — Направление меняется.

 — В этой части встречаются аномальные «пятна», где отказывают навигационные приборы, — кивнул Палладиум. — Потеряла след?

 — Скорее, очень плохая «видимость» с «помехами», — подобрала аналогию Селена.

Еще через несколько минут ведьмочка резко повернула в сторону и рванула по топкому, опасному участку. Сзади нее послышались недовольные крики: феи вязли в жидкой грязи, падали, даже превращались, чтобы вытянуть друг друга. Но Селена много не пробежала: две минуты — и она остановилась как вкопанная, уставившись себе под ноги.

К ней допрыгал Палладиум, не иначе как при помощи эльфийской магии не увязая в грязи. Недоуменно посмотрел на Селену, затем тоже под ноги, и полез за картой.

Магический огонек, обозначающий местоположение, лихорадочно метался по всему листу, то отправляя их к Красной Иве, то показывая почти рядом с Торренуволой.

 — Заблудилась?

Селена развела руками и снова уставилась вниз.

 — Запрошенные человеческие кости здесь тоже есть, — задумчиво пробормотала она.

 — Ты же нас просто пугаешь, да? — с надеждой спросил кто-то из учениц.

 — Нет, — пожала плечами Селена, продолжая смотреть вниз. — В болотах всегда кто-то тонет. Люди, звери… Здесь кости в среднем на каждые… четыре квадратных метра. Это сейчас мы ходим по относительно твердой опоре, а пятьдесят лет назад здесь было гиблое место. Да, профессор Палладиум?

Эльф закрутил головой, словно заново пытаясь понять, где они находятся.

К ним подтягивались последние отставшие ученицы, останавливаясь, тяжело дыша и упираясь руками в колени.

 — Верно, Селена, — напряженно кивнул он. — Что ты там нашла?

 — Корабль.

Палладиум сильно побледнел.

Все непонимающе переглянулись и зашептались. Эйлита дернула за локоть Алису, но она тоже отрицательно покачала головой.

Учитель заметил интерес студенток и немного взял себя в руки.

 — Пятьдесят три года назад в этом районе пропал корабль Фонтероссы с шестью специалистами, — глухо произнес он. — Возвращались с задания на подбитом корабле. Барахлил один из двигателей. Вся электроника вышла из строя. Была ночь, шел сильный дождь. Испорченный навигатор утверждал, что это лесная полянка неподалеку от Фонтероссы. Они поняли, что сели прямо в трясину, и успели только послать сигнал бедствия. Корабль быстро ушел в болото: он был маленький, не эти современные «совы» и «ястребы». Произошедшее получило широкий общественный резонанс, в том числе потому, что один специалист был знатного происхождения. Почти месяц спустя объединенными усилиями магов, среди которых был и я, болото было подсушено, благодаря чему мы с вами сейчас можем по нему ходить.

 — А специалисты? — дрожащим голосом спросила Эйлита. — Их вытащили?

Палладиум отрицательно покачал головой.

 — Здесь недоброе место. Приборы сходят с ума, поисковые заклинания показывают ложные следы. Корабль не нашли вообще. Из-за разразившегося скандала болото пришлось обезвреживать так, прямо с кораблем. Но за месяц все равно никто бы из них не выжил! То, что мы вообще нашли его — настоящее чудо, стечение обстоятельств. Селена прошлась прямо над ним, ориентируясь на энергию смерти. Мне искренне жаль ребят. Я до сих пор помню их имена: Элрик и Тэй с Линфеи, Джеро с Андроса, Чандр с Клейдера, Имахаэль с Ардерии и Николас с Мейбе…

Все подавленно молчали. Одна из учениц сдавленно всхлипывала, еще несколько шмыгали носами.

Эйлита подалась вперед. Один из них был с Мейбе!

 — Один ведь был еще жив, — вдруг сказала ведьмочка. — Когда уплотняли почву, один из них еще был жив, и мог быть спасен.

 — Селена! — зашипел Палладиум. — Прекрати немедленно!

 — Двадцать семь дней с иссякающим кислородом, минимальным запасом еды, воды, с трупами своих товарищей и медленно угасающей надеждой на спасение, — бормотала она, неотрывно глядя в землю. Эльф попытался схватить ведьмочку за плечи, но та уставилась ему в глаза и сама вцепилась в него: — Николас Кайн, специалист второго года обучения. Его товарищей заживо похоронил затонувший корабль. Его самого похоронили умники, которые решили, что там все уже мертвы, и запечатали трясину сверху…

Всем стало очень жутко. Некоторые девчонки уже откровенно ревели. Еще и налетел особенно холодный ветер, показавшийся ледяным дыханием смерти.

 — Я хочу назад! Я не пойду дальше! — закричала Хильдис. — Мы ходим по головам мертвецов!

Она попятилась. Несколько человек неуверенно шагнули за ней. Некоторые трансформировались, готовые улетать. Алиса испуганно вцепилась в Эйлиту. Каменная фея не была слабонервной, но тут даже ее затрясло. Шестеро ребят просто затонули вместе с кораблем, залетев в особенно поганую часть болота… И один из них был еще жив, когда их решили считать давно погибшими. Николас, родившийся на Мейбе…

 — Стойте! — воскликнул Палладиум. — А как же нибискулус? Нам нужно найти и собрать его!

Его не слушали. Несколько фей подхватили своих нелетающих подружек и поднялись в воздух.

Учитель в отчаянии всплеснул руками и повернулся к Селене.

 — Ты теперь преподаватель! — сердито крикнул он. — Вот сама и восстанавливай дисциплину, которую они нарушили по твоей вине!

Ведьмочка несколько раз хлопнула глазами, тряхнула головой и вскинула руку. Неуверенные бледные тучки, едва затянувшие небо, исторгли грозовой разряд. К счастью, не в дезертировавших учениц, а несколько впереди. Звуковая волна от близко ударившей молнии сбила фей с крыла: многие все же сумели выправить полет у самой земли, но одна, нагруженная нелетающей подружкой, ухнула в грязь.

 — Не так сурово! — схватился за голову Палладиум.

 — Что мне, лопатой по одной сбивать? — искренне удивилась Селена.

Она поглядела, как достают упавшую в болото фею, сначала сделала шаг вперед, но подходить не стала. Вытянула руки ладонями вперед, намереваясь материализовать в них лопату, но и тут тоже передумала.

 — Вы кучка куриц, — громко сказала она. На открытом пространстве звук должен был разноситься достаточно хорошо, чтобы услышали даже беглецы, оказавшиеся в отдалении. — Страхом и неуверенностью вы расшатываете свой внутренний стержень. Вы перестаете быть цельными, а значит, станете мишенью для магии дисгармонии. Первая же новая волна поразит вас. Струсившие — сдохнут! Остальные идут собирать траву, которая поможет тем, кто уже тяжело поражен. Возможно, скоро она понадобится и вам самим.

Вскоре третий курс в полном составе угрюмо шлепал по болоту. Они не очень отклонились от маршрута: минут через пятнадцать впереди зазеленел высокий островок.

Алиса шла и думала о Селене. Сегодня она очень сильно всех напугала. Про бедного специалиста, протянувшего дольше всех остальных, можно было промолчать. Она же знала, как другие отреагируют на это. Но ей нравилось пугать людей — рассказывать всякую жуть, пристально смотреть своими пустыми глазами… Селена не вписывалась в мирный быт розовой школы фей. Но, пожалуй, в такие тяжелые времена Алфее с ее мягкосердечными преподавателями и добрыми феями было нужно что-то, что грубо сшибало всех с небес на землю и заставляло смотреть на вещи реально. Из Селены выйдет толковый сотрудник школы, если она перестанет распускать руки и лопату. А вот себя учительницей Алиса пока не представляла, если честно…

Для Эйлиты оставшийся поход прошел как в тумане. Кажется, она собирала этот нибискулус, набила им две сумки, но мысли каменной феи были далеко. Николас был рожден на Мейбе — планете, чье население методично истреблялось соседом-захватчиком, а жалкая горсточка, сумевшая сбежать, рассеяна по планетам, затеряна, стала считать другие планеты своим новым домом.

А Николас родился на Мейбе.

***

Когда Эйлита зашла в комнату, Лия даже не сразу подняла глаза. В последнее время она все больше погружалась в себя и все меньше замечала что-либо, происходящее вокруг. Она рассказывала, что видит сны о том, как в ее кроне шумит ветер и вьют гнезда птицы.

 — Как все прошло? — прошептала Лия.

Рядом сидел Аль, то есть, простите, профессор Нейтан. Натаскал Лии воды и вполголоса общался с Аметист: Лия больше не могла долго разговаривать, и Аметист занимались все по очереди. Аль развлекал ее чем-то похожим на учебный план, зачитывая и тут же что-то записывая, но замолк, когда вошла Эйлита.

Каменная фея устало плюхнулась прямо на ковер. У нее жутко ныли ноги, на натертых пятках наливались мозоли. Они никогда столько не ходили, не вязли в грязи, не спотыкались, не падали! Эйлита, наверное, после ужина упадет в кровать и тут же уснет.

 — Если опустить леденящие душу подробности, то травы набрали целую кучу. Правда, кладбище немного подмыло, древние косточки выплыли на поверхность, и все визжали, наталкиваясь на них среди травы, — неохотно рассказала Эйлита. — Селена чего-то нанекромантила над этим островом, чтобы хозяева костей на нас не сердились. Они с Алисой прямо с болота побежали варить эликсир из этой травы. В смысле, ассистировать Палладиуму. Они же теперь все учителя…

 — Ты теперь одна ученица среди нас, — слабо улыбнулась Лия. — Ами заблудилась в лабиринтах своего сознания, а все остальные стали учителями. Тебе придется носить мне конспекты…

 — Я тебе и так артефактологию почитаю! — заявил Аль, вскакивая на ноги. — И Алиса, наверное, тоже все расскажет про уроки зелий!.. Так, стой, Эйлита, а что там за леденящие душу подробности, если всплывшие кости в этой истории оказались не самым страшным? Селена показала свое лицо без макияжа?

Эйлита задумалась, проигрывая в памяти то, что только что говорила. У нее голова почти не варила после всего этого!

 — Мы нашли затонувший корабль специалистов, — наконец, сказала каменная фея.

Аль аж подскочил. Даже Лии удалось немного дернуться, и оба уставились на нее горящими глазами.

Эйлита, не скрывая и не приукрашивая, рассказала, как все было. Фей возбужденно носился по комнате, навернув с дюжину кругов, и проявлял возмутительно мало сострадания и уважения к этой страшной и печальной истории. Посмотрела бы на него Эйлита, если бы он сам стоял там, в нескольких метрах над навеки упокоившимся кораблем!

 — Аль, долей мне воды, — тихо попросила Лия, когда рассказ закончился.

Он взял ведро и пошел в ванную. Зашумела вода.

Две девушки остались молча смотреть друг на друга, не зная, что еще сказать. Лия и Эйлита никогда не были особенно близки. Эйлита больше общалась с Алисой, Лии ближе всего была Аметист. Если бы не общая комната и не общий враг, подружились бы они в каких-нибудь других обстоятельствах?

 — Эйлита, — позвала Лия.

Каменная фея повернулась к ней.

 — Как ты сама отреагировала на ту страшную историю?

— А почему ты спрашиваешь?

 — Мне интересно… — Лия улыбнулась одними уголками губ. — Человек показывает истинное лицо, попадая в непривычную ситуацию. Люблю наблюдать за людьми. Но теперь не могу.

Эйлита понимающе кивнула.

 — Не помню, если честно, — ответила она. — Все испугались мертвецов и болота, а мне… Наверное, больше было жалко парней. Селена сказала, что они были живы, когда болото над ними уплотняли… В смысле, только один. Представляешь, он ждал помощи, а все решили, что он там все равно умер! Рукой на него махнули!

Каменная фея гневно сжала кулаки, желая кого-нибудь стукнуть, что-нибудь сломать… и разревелась. Ей было жалко специалиста! Прошло более пятидесяти лет, и вряд ли она что-то изменит спустя столько лет, когда и так уже обезопасили болото, придумали более совершенные навигационные системы… Но Эйлите хотелось сделать что-то еще. Там был ее соотечественник, которых осталось так мало, и он не мог погибнуть просто так! Можно было вытащить корабль, перезахоронить останки…

Вернулся Аль с ведром и озадаченно уставился на нее. Подумав, он все-таки сначала вылил ведро Лии под корни, а затем присел к Эйлите и принялся неловко гладить ее по спине. Наверное, когда-то его так же утешала мама.

 — Не плачь. Что было, то прошло. Подумай о хорошем, — пробормотал он.

 — Что у нас может быть хорошего? — всхлипнула Эйлита. — Кругом все плохо!

 — Ну почему же. Сейчас сварят лекарство. Как только оно настоится, его немедленно понесут всем пострадавшим. Помогут Лии, может, даже Аметист придет в себя, ведь лекарство главным образом действует на разум.

 — А у меня все равно все плохо, — по-детски заупрямилась фея камня.

 — Ой, не понимаю я ваш женский пол! И как только парни с вами ладят? — вздохнул Аль, забирая свои учебные планы и направляясь к выходу из комнаты. — Кстати, Эйлита, у тебя волосы будто потускнели…

Каменная фея еще некоторое время бездумно таращилась на дверь, закрывшуюся за ним, затем опомнилась и подбежала к шкафу Аметист. Там на внутренней стороне дверцы висело большое зеркало, и лампа в комнате была расположена так, что свет падал удачно: они все бегали именно к зеркалу Аметист, чтобы делать селфи.

Да, ее волосы действительно немного потеряли цвет…

Красный оттенок когда-то получился из-за неудачного заклинания и продержался целых два года. Неужели магия дисгармонии затронула и Эйлиту? Нашла где-то в ней неровность, изъян, и теперь проникает внутрь?