— Воду взяли?
— Да!
— Головные уборы?
— Типа.
— Пакетики, таблетки от укачивания, телефоны, чтобы мы вас не потеряли…
— А вы хотите, чтобы мы вернулись обратно в полном составе?
— У нас нет выбора. Так бы с удовольствием случайно забыли в колонии.
Сборы в поездку начались ещё с утра. Было решено выехать пораньше, сразу после завтрака, пока воздух не раскалился. Дети проснулись чуть ли не вперед вожатых. Поднялся кипиш: все бегали, собирались, паниковали. И только Юрик спал до последнего, пока его не скинули с кровати на пол. Негоже валяться, когда все бодрствуют.
Серёжа почувствовал себя как на собрании района перед очередной проверкой: все носятся, нервничают, ругаются. Никакой разницы.
Вчера он в тихий час и ещё немного после полдника сидел над бумажками. От канцеляритов и обилия юридических вывертов мозги закипали, строки плыли перед глазами. Над душой сидел какой-то человек от мэра, с которым Серёжа всё ещё не познакомился. Рядом, для нагнетания обстановки, расположилась Ося и барабанила ноготками по столу. Чтобы не скучала, ей сплавили половину документов на проверку. Так и работали, пока резкий удар стопки листов об стол не разорвал тишину. Все. Отмучились.
— Юра точно с нами поедет? — Алия похлопала Серёжу по плечу и сразу же одёрнула руку, чтобы ей случайно не прилетело. — Может попросим, чтобы он остался в лагере?
— Нормально всё. Пусть лучше будет под присмотром.
— Хорошо. Тогда… Где он?
Пришлось покрутить головой. Друга реально нигде не было. Весь отряд стоял готовый идти покорять автобус. Даже нервный Васька тёрся рядом, а Юрик – нет.
— Схожу, поищу. Вдруг эти юмористы его в туалете закрыли.
В комнате никого не было. В коридоре и зале тоже. «Реально что ли закрыли?» Дверь в туалет скрипнула и послышался плеск. «Довели Муму, на речку пошла».
Юрик стоял над раковиной в позе «зю», с головой занырнув под струю воды.
— Ю-ю, в унитазе топиться всё-таки удобнее…
Парень дёрнулся, ударился головой об кран, испуганно шарахнулся в сторону и только чудом не рухнул на пол. Широко распахнув глаза, он тяжело дышал, как загнанный зверь. Вода ручейками стекала по шее за ворот футболки. Ну даёт.
— Ты что пугаешь придурок?!
— Мы уже собираемся уходить. Хочешь остаться тут?
Юрик завис, а потом покачал головой. С волос упало несколько капель. Кран закрыли, лужи на полу вытерли туалетной бумагой, а остатки размазали подошвами обуви. Будто ничего и не было.
— Готов? Супер. Возьмем побольше попить. И насчёт земли…
— Думаешь, лучше оставить?
— Да вот не знаю. Может, сработает. А может и наоборот.
— Давай резче.
— Земля может совсем потерять силу.
Серёжа аккуратно накинул полотенце ему на голову. «А то подумают, что это я его утопить пытался».
— Если разделить пополам и взять с собой только часть, остальная же не «размагнитится»?
— Можно попробовать, но лучше оставить здесь большую часть, а не половину. И постарайся не отходить далеко от меня. Да, я знаю про твою независимость и что я не должен командовать тобой, тыры-пыры…
— Ладно, постараюсь быть рядом, — Юрик вытер голову и повесил полотенце на кресло стоявшие в зале, — но у меня тоже есть одно требование.
Серёжа постарался сдержаться и не закатить глаза. Ну и что на этот раз ему надо?
— Когда накроет… Не бросай меня, хорошо? И, если я не вернусь, отвези домой. Я не хочу овощем бродить где-то по лесу или лагерю.
— Юр…
Ну вот он совсем как ребёнок, даже жалко как-то стало. Серёжа похлопал его по плечу, дабы подбодрить немного. Не время сопли распускать. И так боевого настроения нет.
— Обещай, пока не заставил писать договор кровью и ставить личную печать!
— Обещаю.
Они вышли вместе. Серёжа тащил за собой рюкзак с бутылками воды. Лишним не будет. День будет жарким.
***
Первые проблемы начались еще в автобусе, куда их запихнули чуть ли не с ноги, так как детей было слишком много. Кого-то начало укачивать, кто-то бесился. Васька перенервничал и теперь его пыталась успокоить Алия, сидящая рядом. Получалось у неё из рук вон плохо. Но она хотя бы попробовала.
Юра перестал разглядывать салон автобуса и уткнулся в окно. Они летели по трассе, их обгоняли машины. Скоро должен быть разворот, а там и дорога в лес, к Раифе. Это будет… Словно прыжок в прорубь без страховки. Когда страшно не только действие, но и последствия. Заповедный лес и монастырь посреди него приводили в душевный трепет не только туристов и паломников, но и хранителей. Ощущения были, будто макнули головой в ледяную воду, а потом за шиворот засыпали кучу муравьёв, расползавшихся по всему телу мурашками. Что-то подобное он пару раз испытывал на языческих капищах у других хранителей из его республики или на Острове-граде Свияжске, куда его затащил Серёга. Но там было больше внутреннего ужаса, чем благоговения. Сейчас могло быть всё по-другому.
Рядом сидел Серёжа, что-то печатавший в телефоне. Не исключено, что писал предупреждение местному хранителю. Толпа детей – серьёзная угрозы для любого туристического объекта. Может отвлечь его? С разговорами дорога не кажется такой уж длинной.
— Отправляешь весточку, чтобы прятались как можно скорее?
— Наоборот, прошу не пропадать далеко и надолго. Во-первых, Ваське там надо было что-то обговорить, во-вторых, нас всех запомнят и в случае чего любых потеряшек приведут сразу к автобусу, а в-третьих… Меня заставили забрать у него какие-то бумажки.
— Опять подрабатываешь гонцом? Может пошлешь их куда подальше?
— Мне в любом случае придётся это сделать, хочу я или нет. Тут уже не руководство гоняет, а Казань. Против неё я идти не хочу, сам знаешь.
— Как же хорошо, что я не вернулся во все эти госструктуры. И в будущем тоже не планирую, не строй мне тут такие глазки!
Сережа драматично вздохнул и уставился обратно в телефон. Но позже снова повернуться к нему.
— Ещё раз. Как приедем, постарайся не отходить от меня слишком далеко. Там реально все связи обрубает. Ваську потерять сложно, он там свой. Вернётся в любом случае, дорогу знает. Детей Алия отыщет…
— Ты так не веришь в меня? Я же не столько сильно ослаб, да и территория там небольшая. Не пропаду. Ты лучше за отрядом и за документами следи.
В спинку сидения кто-то пнул. Пришлось обернуться – сзади им помахала рукой Дилька. Всё-таки следит за ними, козявка.
А вот разворот. Автобус притормозил, взял влево. Юрика прижало к окну. И он заметил, как мимо них промчалась скорая помощь и пара-тройка других машин, которые не дали им сразу же вывернуть на трассу с полосы разгона.
«Как обнадеживающе… Не катафалк, на том и спасибо».
***
На парковку они заехали вслед за тремя экскурсионными автобусами. Видимо, приехать до жары решили абсолютно все.
— Воздух!
Кирилл вывалился вслед за Дилькой. Перед ними из автобуса выпали их главные объекты наблюдения: Серёга не отлипал от телефона, а Юрик нервно оглядывался. Дети всё выходили и выходили, пришлось отползти в сторону. Вслед за девятым отрядом на свет явился пятый и третий. Вожатые отлавливали своих подопечных, сгоняли их в кучки. Всё должно быть организовано. Они же не дикари какие-то.
— А у нас будет экскурсовод?
— Конечно, — Алия крепко вцепилась в плечо Ваське, чтобы он вёл себя хоть чуть-чуть адекватнее, — если повезёт, то даже у каждого отряда свой. А что?
— Круто, личный экскурсовод… Бесплатно?
— Нет, каждый скидывается мне по сто рублей. Ну ребят, конечно, бесплатно! Собирайтесь скорее, а то опять последними пойдём.
Во время построения они умудрились потерять Ваську. Серёжа махнул рукой, мол, искать бесполезно, скоро вернётся. На вопросы детей и Алии он лишь пожимал плечами. Ага, опять личное.
Кое-как сгруппировавшись в кучку, они пошли по дороге к монастырю. Всюду цвели клумбы, где-то в кустах у озера пели птицы, по дорожкам гуляли люди. Красота. Кирилл шел рядом с Дилькой и прикидывал, куда же мог подеваться старший вожатый. Ну не испугался же он святой земли…
На входе девочкам пришлось надеть косынки и повязать юбки. После пары подзатыльников было подавлено любое сопротивление. Как там старшие говорят? В чужой монастырь со своим уставом не ходят? Ну не ходят и ладно, Кириллу было наплевать. Не ему же опять наряжаться.
Пока они договаривались экскурсоводом, кто-то заметил Ваську, сидящего на лавочке с монахом. Вожатый что-то эмоционально рассказывал, то драматично заламывая руки, то яростно избивая кулаком воздух. Его собеседник лишь спокойный кивал головой.
— Офигеть, у них колоритное сочетание…
Алия хотела окликнуть его, но её остановил Серёга, прижавший палец к губам. Видимо было что-то важное в этой встрече. Либо ему просто не хотелось попадать под горячую руку рассказчика. Зашибет и не заметит.
Началась экскурсия. Кирилл слушал в пол уха, ведь его внимание было приковано к вожатым. Васька так и болтал с монахом, а Серёга поглядывал в их сторону. Юрик нервно оттягивал горловину футболки, всё больше и больше походя на мертвеца. Одна лишь Алия выполняла обязанности вожатой. Впрочем, как всегда.
Неожиданно их толпу повернули в сторону, где сидел Васька. Тот слишком поздно заметил знакомые лица, а потому абсолютно все успели услышать про «тупую историю с платьем и приглашением на свидание, которая случается уже во второй раз». Монах им улыбнулся, поздоровался и кивнул Серёге, когда тот что-то достал из рюкзака. Болтливый вожатый замолк и попытался слиться с красными розами, что цвели рядом на клумбе. Не вышло.
— День добрый. Прошу прощения, что отвлёк вашего напарника от работы, — мужчина глянул на краснеющего парня, которого, казалось, скоро хватит удар, — он сейчас к вам вернётся. Да, Васенька?
Васенька стал ещё краснее, если это вообще было возможно. Но экскурсовод не останавливалась, и толпа двинулась дальше. Кирилл с Дилькой решили понаблюдать, как Серёга обменивает бумаги на Ваську. Последнего пришлось тащить, как кота на кастрацию, при условии, что тот умел бы шипеть матом. Потеряшку всучили Алие, а крутящего головой Серёгу притянула к себе Дилька.
— Если не секрет, как вы с монахом познакомились?
— С Рафаилом-то? Так он это, Васькин крёстный. И мой как бы тоже. Только если Ваську он воспитывал, то со мной всего пару раз возился…
— Ну чего вы опять застряли! — Алия схватила их за руки и потащила в храм. — Вас ещё потерять не хватало! В свободное время поболтаете.
Кирилла затащили внутрь самым последним, и двери за ними захлопнулись. Пахло ладаном и пчелиным воском. Отовсюду смотрели святые лики. Впечатляюще… За миг до погружения с головой в атмосферу тайны и умиротворения, он заметил, что зелёных футболок всего три. Но народу тут так много… Вдруг стоит где-то за колоннами. И, убаюканный тихим рассказом экскурсовода, Кирилл потерял связь с реальностью.
***
Как же, черт возьми, жарко.
Юра в очередной раз попытался открыть бутылку с водой. Но либо у него слишком сильно тряслись руки, либо Сережа закрутил крышку намертво. Мда. Похоже, он все-таки перенервничал и его укачало в душном автобусе. Сейчас он глотнёт воды и пойдёт к своим. Их как раз повели к соседнему храму.
— Волжск!
Парень завис. Ему послышалось? Кто-то ещё, кроме хранителей, мог знать его настоящее имя? Может, это подзывали экскурсионную группу из его города?
— Юлсер-Ола!
Женский голос стал громче. «Не поворачивайся!» Если его настоящее имя могли знать хранители и небольшое количество людей, то марийский вариант помнили лишь единицы. Да и голос женский, хотя все, кого он здесь встречал из ему подобных, были мужчинами. Может кто-то другой пришёл? Вроде бы Бело-Безводное, Белочка, грозная жена Раифы, иногда тут появлялась. Может это всё-таки она?
Он медленно развернулся. Никого. Белу было сложно не заметить: пепельные волосы, светлая кожа, ледяные глаза, взгляд которых выбивал из тебя дух… Но никого похожего в толпе туристов не было видно. Ушла, не получив ответа?
Открыть крышку получилось, лишь содрав кожу между большим и указательным пальцем. Зелёный, зараза, закручивал. У него сил, как и дури, выше крыши. Зелёный. Юра понял, что нигде не наблюдает ярких вожатских футболок. Так, а куда они зашли? Он повертел головой, осознавая, что не помнит их передвижений. Вход и выход тут, рядом, а куда дальше? Он же только что помнил, куда они заходили!
«Постарайся не отходить от меня далеко».
Да тут территория слишком маленькая, чтобы связь между ними истончилась или вовсе разорвалась!
— Дрянной мальчишка, почему ты не слушаешься старших?!
«Чего?»
Послышались приближающиеся к нему шаги. Почему все так резко замолчали? Вода во рту стала отдавать солоноватым металлическим привкусом. Юра, не двигаясь, опустил взгляд на руку. Ссадина между пальцами разрослась, превратившись в открытую рану на пол ладони. Кровь тонкими струйками стекала вниз и капала на дорожку. Какого чёрта…
Заставить себя проглотить воду так и не получилось, и он вытащил из кармана платок, куда сплюнул, благо отхлебнул совсем немного. Белая ткань расцвела алыми пятнами. В животе заныло так, что после вслед за кровью захотелось выплюнуть и весь завтрак. Под рёбрами и в горле колола тысяча иголочек, будто внутрь запихнули веник из расторопши и дикого шиповника, не дававший глубоко вздохнуть. Содержимое бутылки вроде бы осталось прозрачным. Значит, это что-то не так с ним.
«Ты просто перенервничал. Успокойся, сейчас попьем и станет легче».
Его внутренний голос почему-то стал более хриплым. И как мысли в голове могут ни с того ни с сего поменяться в интонации? Пить совсем расхотелось. Он закрыл бутылку. Спокойствие. Нужно дойти до лавочки, там передохнёт и вернёт себе ясность ума.
— Ты хоть понимаешь, что ты натворил?
Вдруг в ухо гаркнул грубоватый мужской голос. От такой неожиданности из вспотевших пальцев выскользнула бутылка. Звук падения на миг вернул ощущение окружающего мира: жару, аромат цветущих клумб и гул толпы. Юра проморгался и заметил, как к нему удивлённо повернулось несколько человек. «Раз так смотрят, значит, у меня реально кровь по морде размазана». Протереть лицо футболкой – тупая идея, лучше водой смыть. Заодно охладиться. Он быстро присел, схватил бутылку, но нормально встать ему не дали. Кто-то схватил его руками за лицо и потянул вверх.
— Ты почему бросил меня?! — фигура без лица будто пыталась заглянуть ему в глаза. Её образ был смазан, вместо рта зияла дыра от уха до уха. И пустые глазницы с маленькими светящимися точками в роли зрачков. Парень подавился вдохом.
— Попался!
Кто-то ещё ледяными пальцами схватил его за короткие волосы на затылке и потянул вниз. Стоять в такой позе было крайне неудобно. Колени начали подрагивать. В носу защипало, дышать стало ещё тяжелее, как и моргать. Будто в глаза залили соленую воду с песком. Кровь? Или же нет? Почему никто не придёт ему на помощь? Разве они не видят, что происходит?
Он отвёл взгляд от нависающей над ним дамы и постарался найти хоть кого-то из туристов. Вместо людей его окружали лишь такие же безликие фигуры с увечьями. Перерубленные напополам тела. Простреленные головы. Оторванные руки. Опухшие от голода животы… Сохранять привычный ритм дыхания стало вообще невозможно. Он понял, что паника захватила его с головой.
— Нам пора домой, — хриплый голос, бывший когда-то в его голове, теперь звучал со всех сторон от безликих, — домой, Волжск, домой.
***
Серёжа покрутил головой и постарался отойти от их толпы, дабы разглядеть всех присутствующих в храме. Сейчас он не мог почувствовать Юру, так как любые связи хранителей, будь то связи с землёй или с друг другом, тут отшибало, как интернет возле глушилок на заводе. А потому отслеживать друга он мог только визуально, ведь голосов в храме было не разобрать. Он было сделал шаг в сторону, но крепкий тычок под рёбра заставил его на время отказаться от своих намерений. Алия снова врубила режим мегеры и не давала им никаких вольностей.
«Может он тут, сидит на лавочке в уголочке? Нет всё-таки надо проверить». Экскурсия, честно признаться, была ему не интересна, так как всё произошедшее он либо слышал из первых уст, либо сам участвовал в этой истории. Спустя пару минут ему удалось улизнуть и обойти храм по периметру. Никого. Ждёт снаружи, так как снова упрямится? Вряд ли, ему не выгодно уходить от него слишком далеко. Сейчас разойтись для них было равно смерти.
В предплечье кто-то вцепился. «Ю? А, не, опять Алия…»
— Ты чего постоянно убегаешь?
— Ты Юру видела? — вырвать руку из цепкой хватки девушки, не оторвав ей ладонь, так и не получилось. — Я его найти нигде не могу.
— Только что тут был. Пошли, у него телефон есть на крайний случай. Созвонитесь, встретитесь, попугайчики-неразлучники.
***
Волжск чувствовал, как кто-то придерживал его за плечи, направляя на путь истинный. «Мы свои», – на его немой вопрос ответили голоса из-за спины. Свои… Они ещё не подведут, не обманут?
Было непросто перемещать отяжелевшие ватные ноги, но он всё же постепенно двигался вперёд. Шаг, ещё шаг.
— Мы скоро будем дома.
Волжск кивнул. Да, скоро он будет дома. Вдруг показалось, будто что-то зажужжало рядом и пропало. Будто… Вибрация.
— Это неважно, не обращай внимания. Дома с этим разберёшься.
Спереди замаячили расплывчатыми пятнами белые стены на фоне тёмного леса. Нечёткая картинка мира не мешала ему идти вперёд. Даже та маленькая чёрная точка, на миг появившаяся где-то впереди, тут же растворившаяся в мороке, как и всё остальное. Руки на плечах сжались сильнее.
— Волжск…
***
— Ну и?
— Не берёт трубку.
— А у него точно на звуке стоит? — в ответ Васька получил лишь взгляд с посылом пойти поискать мозги.
Пропавшего вожатого нигде не было. Не брал трубку. Из отряда его тоже никто не видел. Попался в лапы Зову? Ситуация усугублялась тем, что на территории монастыря его нигде не было. Похоже, уже успел уйти. А вот по какой траектории: по трассе или через лес, было непонятно. Иногда Зов тащил их домой самым прямым, но очень долгим и порой опасным путём. И что же хранитель выбрал на этот раз – они не знали.
Им пора было покидать территорию монастыря через боковой выход к озеру. Но это значило, что найти пропажу станет ещё сложнее. «Так, ладно, нефиг думать, надо делать. Ведь он оказался тут по моей вине. И если кто-то пострадает от рук этого полудурка…»
— Короче, стой с отрядом, чтобы ещё и тебя не потерять. Я спрошу у местной братии, может отловлю Рафу. Он уж точно сможет почувствовать твоего чудика.
— При условии, что он не свернул в лес…
— Тогда уже надо просить помощи у Илюши, а он, увы, остался в лагере. Ладно, я убёг. Передай нашей Командирше, что мне мозги полоскать не надо, я скоро вернусь.
Ваське было легче всех передвигаться по монастырю, ведь когда-то он принадлежал ему и даже спустя столько лет на этой земле он чувствовал себя как дома. В отличие от того же Юрика. Дитя советских пятилеток и воинствующего атеизма. Таких здешняя земля хоть и не отторгала, но к своему сердцу не всегда пускала. А потому и не уберегла от Зова.
Местные священнослужители были знакомы с Васькой и с его сущностью, а потому им не пришлось лишний раз объяснять, что произошло и что ему нужно. Но лишь на третью попытку удалось найти батюшку, что видел Раифу совсем недавно, а не пару часов назад.
— А где он, не подскажете? Очень надо, умоляю!
— Недавно возле Спасской башни стоял, тревожился о чём-то, а потом и вовсе пропал.
Тревожился, значит…
— Благодарю вас!
— Только вот…
Последних слов Васька не расслышал. Бегать тут нельзя было, он же не маленький ребёнок. Пришлось идти, чуть ли не срываясь на быстрые скачки. Умом он прекрасно понимал, что дорогая каждая секунда, но правила… Ох уж эти человеческие правила! Да и не хотелось расстраивать своего крёстного дурным поведением.
Возле Спасской башни, как со стороны монастыря, так и снаружи, Рафаила не было. Выйдя через ворота, Васька по привычке перекрестился, поклонился и, мысленно попросив удачи, рванул по дорожке. Здесь только один путь к трассе и к лесу. Через озеро хранитель не пойдёт, так что хоть тут неопределенности не было.
Сквер закончился. Мимо пронеслись ларьки с сувенирами. Битком набитая парковка была уже близко. Васька замедлился. Никого. Он нигде не видел ни зелёной футболки, не чёрной рясы. Неужели не угадал? Раифа сто пудов почувствовал происходящее и попытался отловить вожатого, пока тот не уполз куда подальше. Но тормозить хранителя, ведомого Зовом, было опасно. Даже для других ему подобных. «А если… Нет, ничего плохого не произошло, Рафа не настолько глуп, чтобы нарываться!»
Васька вдохнул полной грудью и прикрыл глаза. «Где ты, Падре? Твой блудный сын зовёт!»
Что-то темное мелькнуло перед мысленным взором. Будто углём чиркнули на внутренней стороне век. Похоже, он пробежал мимо искомого. Защекотало в носу. Ладан и свечной воск. Спасибо что не спрятался и дал о себе знать. Васька развернулся к парковке спиной и бросился обратно к монастырю.
***
— Волжск…
Кто-то коснулся руки и голоса в голове завизжали. В плечи вцепились ещё сильнее, не желая отпускать. «Свои» были против незнакомца. Значит, он враг?
— Юрий, ты куда?
Юрий… Нет, его второй имя другое, хоть и начинается похоже. Он спутал его с кем-то. Он Волжск, Юлсер-Ола, а не Юрий.
Голоса в голове не замолкали, но их слова стали неразборчивыми. Что происходит? Куда теперь идти? Он остановился в непонятках. За плечи всё ещё держали, но не толкали вперед. Да и кто это был? Свои или чужие? Друзья или враги? Ему стоит довериться или всё же оттолкнуть?
Прохлада невесомо коснулась щёк, висков, лба. Да, у него тоже было лицо, но такое же безликое, как и у других фигур, стоявших рядом. Тогда как его узнали? Шёпот в голове превратился в тихий шелест. Прямо как листья кустов шуршат на ветру. Всё спокойно, никаких признаков опасности.
Через пару мгновений мыльный пузырь пустоты в голове лопнул и в окружающее его пространство неконтролируемым водопадом полились звуки, цвета, запахи. Начало подташнивать, ноги подкосились. Он почувствовал, как по спине катится пот. Неприятно. Удалось даже немного повести плечами, благо теперь на них никто не давил.
— Ты меня слышишь? Не бойся, всё в порядке. Пойдём, присядем, ты отдохнёшь немного…
Его снова куда-то повели. Но в этот раз за него не цеплялись, не толкали в спину, а спокойно придерживали под руки. Захотелось пить. Как он не замечал, что снаружи так жарко? Что-то холодное коснулось шеи и лица. Как хорошо…
— Вот так уже лучше. Сейчас будет полегче, Юр…
***
Толпа туристов снова преградила путь, а обходить их по клумбам Васька не мог. Совестно такую красоту топтать, сам знает, как тяжело цветы выращивать. И откуда здесь столько людей в будний день? Как мышей в хлебном лабазе! Васька зашипел и попытался протиснуться сквозь человеческую кучу-малу. Кошачьей способности превращаться в жидкость и проникать в любую щель у него не было, но он хотя бы попытался. Пара бабок в платочках грозно посмотрела на него и пожелала ему всего самого лучшего, вслед за обещанием недельного поноса. Ну-ну, голубушки, вы бы поаккуратнее со словами. В таких местах проклятья иногда имеют свойство сбываться, только вот адресат и посылатель поменяются местами.
Разглядеть знакомый силуэт оказалось проще простого. Раифа был худым, высоким, бледнолицым. На полностью поседевшей за Советский период голове уже успели отрасти свои русые волосы. И сгорбившийся рядом мальчишка в зелёной футболке, что стремился скопировать местные белые стены, уж настолько плохо он выглядел.
Ай да Падре, ай да Падре! Отловил, усадил и все это без какой-либо толики насилия и принуждения! Лишь временами за плечо придерживал, чтобы пацан носом в землю не клюнул.
— Рафа! — Васька был готов броситься перед ним на колени. — Ты нашёл его!
— Так я сразу заметил, что он вас полумёртвый ходит, — «Рафа» улыбнулся и похлопал по лавочке рядом с собой, приглашая присесть, — да и Серёжа меня предупредил…
Тёмноокрашенное дерево уже успело нагреться. А ведь ещё не полдень! Васька нервно вцепился в лавочку, буравя взглядом найденного вожатого. Тот вообще не реагировал на происходящее.
— Ты сам цел? Если он тебя хоть пальцем тронул, я ему голову оторву!
— Тихий молодой человек, не то, что вы, буйные. Чуть что и сразу в драку лезете. А он, видать, для долгого пути силы берег. Не беспокойся, всё обошлось.
— Тогда я его заберу? Сколько должен? С собой пока нет, потом занесу.
— Нисколечко, Васенька. Ты тоже успокойся, а то спугнёшь птенчика, — Раифа аккуратно коснулся пальцами висков Юрика. Ноль внимания. Даже не моргает, — я пока не могу отдать его тебе. Боюсь, сорвётся сразу же. А Серёжа далеко? И вы ещё долго тут будете?
— Зелёный с табором возится. У нас сейчас свободное время должно быть, так что, надеюсь, притащу его сюда. Ты же никуда не уйдёшь? Нет?
— Чтобы ты мне снова всех на уши поставил?
— Ну ты же не носишь с собой телефон!
Мужчина извиняющееся улыбнулся и похлопал себя по рясе, показывая, что ни средств связи, ни карманов для них, у него нет. Чисто.
— Я буду тут, возвращайтесь поскорее. А то мы уже начинаем привлекать ненужное внимание. Да и голоса в его голове могут вернуться. Всё-таки он не такой как вы, а привязать его к лавке я не могу. За подобными методами лучше к Свияжскам обращайся.
Васька хихикнул, вскочил, легонько поклонился в знак уважения и благодарности. Теперь стоило отыскать отряд, благо эту голосящую орду сложно было не заметить. Проблемы будут с выковыриванием Серёги. В голове снова промелькнула мысль, что думать заранее бесполезно, нужно было действовать. «Поскакали».
Толпа детей стояла на берегу озера, подманивая уток хлебом. Птицы принимали угощение, но близко подплывать не рисковали. Часть подростков переключилась на местных котов, что спасались от жары в прохладе возле воды. Их уже взяли в оборот и тискали до недовольного шипения и выпущенных в чью-то руку когтей. Какое умиротворение. Даже никто никого утопить не пытается.
Алия, завидев Ваську, тут же встала в позу сахарницы, уперев руки в бока. Ну прям ревнивая жена встречает мужа с попойки. Не обращая внимания на готовящийся выговор, Васька взглядом выцепил Серёгу. Тот нервно грыз кусок батона, который изначально планировали скормить немного другой пернатой живности.
— Вася!
— Мы нашли Юрика, всё в порядке. Мне просто нужна помощь, — и, выдернув остатки батона у Серёги, Васька потащил его вверх по берегу, — один момент!
Серёга, сбросив оцепенение, быстрее Васьки вылетел на дорогу и тут же замер, не зная, куда идти дальше. Если телефонная связь тут ловила, то какая-либо другая – нет.
— Налево, голубчик, налево, — Васька снова принялся лавировать между приезжими, не опасаясь, что Серёга от него отстанет.
— Как он там?
— Овощ в помощь. Накрыло неплохо, но тут скорее поспособствовали тревога и перегрев… Говорили же брать с собой головные уборы и воду!
На лавочке ничего не поменялось. Таким же унылым мешком с костями сидел Юрик. Рафаил спокойно наблюдал за проходящими людьми. А говорит, что туристов боится. Ну-ну, батюшка, привираете!
— Ю!
Это была бы трогательная сцена воссоединения, как в сопливых мелодрамах, если бы Серёга не запнулся о брусчатку. Полёт не задался, и парень быстро выпрямился, продолжив свой путь. Юрик вздрогнул, повел плечами и повернул голову в их сторону. Чует своего, близкого.
— Спасибо, Раифа, честно, — вожатый испуганно похлопал друга по щекам. Тот глубоко вздохнул и поддался вперед.
— Я сделал то, что должен был, не более. Но, пожалуйста, больше так не рискуйте. А он давно у вас дома не был?
— Чуть больше недели, но на выходных ему новую землю привезли, он огурчиком бегал, а тут… Вон как размазало.
— Похоже, страх остаться одному на чужбине полностью поглотил его.
— Или он просто перегрелся.
Разводить консилиум по выявлению истинной причины произошедшего они не стали. Времени не было. Серёга подхватил друга под руки и поднял с лавки. Тот недовольно попытался пнуть его. Значит, не всё так плохо и своим ходом до отряда доползёт. Надо лишь направление задать. Ещё трижды поблагодарив старшего хранителя, они попрощались и пошли назад к своим. Сейчас ещё там объясняться придется.
— Предлагаю мочкануть его озеро. Ну или я могу святой воды притащить, вдруг сработает. А этим скажем, что тепловой удар, симптомы похожи.
— Как думаешь, его отпустит? — Серёжа взглянул на друга, вяло перебиравшего ногами. Пришлось перекинуть его руку через плечо и тащить, чтобы не упал. Ну или чтобы не сбежал домой, куда его так усердно зовёт сущность.
— Лишь бы ещё сильнее не накрыло, а то некрасиво получится. Постой, я на его морду посмотрю, вдруг так хреново выглядит, что малышню перепугает.
Васька аккуратно подцепил Юрика за подбородок и поднял его лицо к свету. Никаких резких движений. Это только на первый вид он как полуживая тряпочка. Хранитель, на время Зова переходивший со своей личности на сущность, был хуже бешеной собаки. Ничего не понимает, не устаёт, бросается на любого, кто встанет у него на пути. И абсолютно неубиваем.
Глаза у парня были полуприкрыты, но это не мешало ему следить за движением Васькиных рук. Зрачки были чёткими, лишь иногда их контур расплывался. Радужка выцвела, став бледно-серой. Видок отпадный, так и за одержимого принять можно.
— Здесь он, есть шанс, что вернется. Но зёнки ему лучше бы прикрыть, а то сегодня кто-то точно уверует в нечисть и пойдёт за святой водой, — Васька также медленно отпустил Юрика и шагнул назад, — думаю, в озеро кидать не стоит, иначе и нас за собой утянет. А вот легонько умыть да воды дать попить – самое то. И тело спасибо скажет, и сознание может проявиться.
Их встретили тревожными взглядами и охами. Юрика усадили в тенёк, трагично заявив отряду, что вожатый получил тепловой удар, потому что ходил с непокрытой головой. Васька так убедительно навешал всем лапши на уши, что никто не спросил, мол какой тепловой удар, если ещё не полдень и жара только началась? Ну схлопотал и схлопотал. Давайте ещё вместе погрустим, это ведь ему так поможет.
— У нас сколько до автобуса осталось?
— Минут пятнадцать, — Алия всё ещё была возмущена побегом напарников, но ничего не говорила вслух, ведь дело было серьёзное, — вам помощь нужна?
— Собрать всех и отвести на парковку, если мы задержимся. Хотя возни тут немного, главное – сделать так, чтобы его в салоне не вывернуло.
Девушка обернулась, оглядела пострадавшего и кивнула. Прекрасно, с этой порешали. Осталось самое сложное – вернуть личность в тело, а то неизвестно что оно ещё выкинет без контроля.
***
Серёжа сидел напротив Волжска, вглядываясь ему в лицо. Тот делал то же самое из-под полуприкрытых век. Надо было что-то делать, но так, чтобы не напугать окружающих. Ведь результат был практически непредсказуемым.
— Короче, у нас есть десять минут.
Васька прервал их игру в гляделки, присев рядом и открыв бутылку с водой. Та, что была у пострадавшего, куда-то сгинула. Пришлось разворошить запасы из Сережиного рюкзака.
— Как будем действовать?
— Свяжем и наденем мешок на голову, потом в лесу закопаем. Тихо-тихо, я шучу. Ну смотри, мы на святой земле, следовательно, ту грязь с улиц, что он носит с собой в мешочке, использовать бесполезно. Можно, конечно, дать ему твоей крови…
Серёжа дёрнулся и уставился на собеседника. Кровь. Старый метод, срабатывавший где угодно, но через раз. К тому же Васька и кровь в одном месте – очень опасное сочетание. Если его на кухне лагеря в своём же посёлке переклинило, то тут…
— Не вариант. Во-первых, кругом люди, не поймут. Во-вторых, может не сработать и только усугубить ситуацию. В-третьих, тебя тоже понесет.
— Я прекрасно держу себя в руках, — Васька вцепился в свои предплечья, — не хочешь – не надо. Может он рядом с тобой очухается. Пока же не пытается слинять.
— Тогда может народными человеческими методами? Что при обмороке или перегреве делают?
— Можно облить водой и дать леща!
— Вася…
— Хорошо. Просто дать воды, что-то холодное к голове и оставить в покое.
Играть в службу спасения у всех на виду приходилось очень аккуратно. У Серёжи в рюкзаке нашли запасную футболку, которую тут же искупали в ледяной озёрной воде. Приложили холод к задней части шеи, протерли лоб и виски. Большую часть работы выполнял Васька, который не любил, когда кто-то лезет ему под руку во время врачебных махинаций.
Юрик пару раз вяло моргнул и что-то пробормотал. Прогресс. Может не придётся заливать в него воду насильно.
— Ю... Юра. Волжск. Юлсер-Ола. Лопатино. Вызывает Зеленый, приём, — Серёжа, перебрав все имена парня, пару раз щёлкнул у того перед лицом. Веки дрогнули, руки сжались в кулаки. Но взгляд не поменялся.
— Ты лучше ему в жбан дай, быстро очухается, — Васька раздобыл пластиковый стаканчик и деловито отлил питьевой воды, — сейчас будем пить. За здоровье.
— За здоровье не пить, а молиться надо, — старая фраза Раифы ушла в массы и теперь всплывала то тут, то там, — дай я сам попробую.
Если бы Юрик или то, что от него осталось, не поспособствовал им и не поддержал стаканчик рукой, то вся вода вылилась бы ему на футболку. Хранитель медленно смочил губы и застыл. Казалось, проверяет на вкус, что ему подсунули: отраву или же нет.
— Пей, пей, не водяра. Нам молодёжь спаивать нельзя, она и сама с этим хорошо справляется!
Парень отхлебнул немного, подождал, проглотил. Снова отхлебнул. Серёжа и Васька застыли, будто наблюдали нечто невероятное, даже дыхание задержали.
— Мальчики, нам пора!
Оклик из-за спины произвёл впечатление разорвавшейся бомбы. Парни подскочили, пострадавший злобно взглянул на подошедшую Алию снизу вверх
— Момент!
Вещи собрали, помятого вожатого, так и не выпустившего пустой стаканчик из руки, подняли на ноги. Чем быстрее тот покинет эту территорию, тем проще будет вернуть ему личность. Через полминуты все втроём тащились к парковке. Юрик шёл уже чуть легче, не наваливаясь всем весом на плечо. Он иногда поворачивал голову на некоторые резкие звуки и, казалось, что-то шептал себе под нос. До автобуса добрались без проблем. Дети уже расселись по своим местам, а потому не смогли разглядеть двух вожатых, сидевших спереди. Алия и Васька прошли вглубь салона. Ну, поехали.
Серёжа краем глаза следил за другом. Тот сидел без особых движений, вцепившись в бедный стаканчик.
— Сейчас будет полегче. Скоро трасса, а у Васьки цивилизация и железная дорога до твоих земель. Оклемаешься.
На удивление, Юрик в ответ кивнул и со вздохом уронил голову ему на плечо. Взгляд из-под полуприкрытых век казался чуть более живым и уставшим.
Автобус тронулся. Телефон в кармане пикнул, уведомив о сообщении. Раифа спрашивал о самочувствии Юры и извинялся, что забыл вернуть ему документы. Документы. Да не до них сейчас как-то. Пусть из местных кто-то съездит, если так критично, а Юрик… Серёжа заметил, что тот расслабился, и смятый пластиковой стаканчик вот-вот упадёт на пол. Надо же, уснул. По нормальному уснул. Серёжу тоже клонило в сон. Первая половина дня оказалась очень выматывающей. Он сам бы уже поддался дрёме, но стойкое ощущение, что за ними следят, не давало ему покоя.
— А ну брысь!
Сзади кто-то недовольный плюхнулся на сиденье. Поделом. Нечего лезть в чужую жизнь, когда не просят.
***
Приехали они впритык к обеду, и малышня сразу же побежала в столовую. У старшего отряда было немного времени, чтобы переодеться и немного отдохнуть с дороги.
— И всё-таки там красиво!
— Ага.
— И экскурсовод классная попалась!
— Ага…
— Только вот с Юриком нихрена не понятно. Он там вообще жив?
Кирилл отлепил взгляд от знакомой трещины на потолке. Да, с вожатым получилось неприятная ситуация. По возвращению его сразу же оттащили в медпункт, а оттуда в вожатскую комнату, куда никого не пускали.
— Я пару раз перегревался в бане, похожая ситуация была, — Клим разглядывал купленную безделушку для сестры, — Состояние отвратительное. Голова идёт кругом, тошнит и ничего не понимаешь.
— А если это не тепловой удар? — Кирилл всё-таки решил рассказать замеченное, — У него глаза снова белые были. Как тогда.
— И как это ты успел заметить? — Дилька, главный наблюдатель за вожатыми, была недовольна, что упустила такой момент. — В лицо к нему заглядывал?
— Типа того. Они его к нам притащили, и я чуть не поседел, когда взглядом с ним столкнулся.
— Врёшь!
— Ой, да больно надо.
Кирилл повернулся на бок, к стене, но засыпать сейчас было нельзя. Скоро в столовую.
— Мне как-то всё равно что с ним случилось, но выглядело жутко. Словно оживший труп. Жалко его.
— А мне Васькин крёстный понравился! Прикольный, я бы с ним поболтала. Интересно, что же за первая история с платьем и свиданием…
В дверь постучали. Уже пора на обед? Кирилл нехотя поднялся. Как же жарко! Но кушать хотелось сильно. Они гуськом выползли из комнаты. На удивление, все четверо вожатых стояли в зале и ждали детей. Васька грыз не скормленный птицам батон, Серёга и Юрик, как слипшиеся пельмени, снова были рядом. Последний чуть ли не висел на своём друге, видимо, так сильно его мутило. Почему тогда не остался в комнате? Странно. Всё это безобразие возглавляла Алия, вставшая в свою любимую позу «руки в бока». Ну прям глава этой банды.
— Выходим и строимся, ничего нового, — жара доконала и её.
Ладно, сопротивляться было незачем. Они тоже устали и ждали тихого часа. Кирилл впервые понял, что будет не против вздремнуть после обеда. Его даже не пугало угроза быть измазанным зубной пастой.
На обеде никто не буянил. История про тепловой удар стала легендой и её раз десять пересказали соседним отрядам, добавляя всё новые и новые детали. Слушатели поглядывали на вожатский стол и, заметив бледного Юрика, понимающий кивали.
Уже на выходе Кирилл пересёкся с Алией, нервно наблюдавшей за троицей парней. Что-то опять произошло?
— Там с Юриком всё в порядке? Пацаны ничего не говорят, отмалчиваются.
— Надеюсь. Ему бы сейчас отлежаться, а не с нами ползать туда-сюда.
Кирилл вздохнул. Никакой конкретики. А может спросить её про цвет глаз? Пока он собирался с мыслями, девушка сама задала мучавший его вопрос.
— Кирилл, скажи, пожалуйста, в той драке у хозкорпуса… Какого цвета были глаза у Юры? Светлее, чем обычно?
— Ага! Ты тоже заметила?!
— Не исключено, что это был отблеск света. Но всё-таки как-то странно…
— Он сам по себе странный. И нет, это действительно смена цвета глаз, ведь что тогда, что сегодня я смотрел снизу вверх, лицо было в тени. Какие ещё отблески! Вон, у Васьки тоже какая-то фигня с глазами.
— У него линзы или гетерохромия.
— Ни то, ни другое. Проверяли.
— Зачем? Просила же не донимать парней по пустякам, они только нормально с нами общаться начали.
— А если это не пустяки?
Алия покосилась на него. А чего она хотела? Что они, заметив странности за своими вожатыми, не будут пытаться найти объяснение происходящему? Да, вчерашний разговор Дильке ничего не дал, но было замечено, как сильно парней напрягают подобные вопросы.
— Пожалуйста, давай не будем развивать эту тему. Может нам это всё показалось.
Ага, показалось. Ничего-ничего, у них ещё полторы недели. Они доберутся до тайны этого Бермудского треугольника.
***
— Пристрелите меня…
Первые слова Юры после возвращения были отнюдь не «Доброе утро». Он действительно схлопотал тепловой удар, а сверху бетонным блоком придавил Зов. Его мутило от всего и сразу. В такой ситуации предаться забвению казалось не самой плохой идеей.
— Тогда мы тебя снова потеряем, — Серёжа, развалившийся на соседней кровати, медленно засыпал, — зря что ли откачивали.
— Могу предложить быструю анестезию – табуреткой по затылку.
— Вася!
— Ну или снотворное. Меня оно на ура берёт, и пробуждение без особых приключений. Но как с тобой будет, я не знаю.
Снотворное… Неплохая идея. Но если он не проснётся? И сущность снова выйдет на первый план и потащит его тушку в сторону дома?
— Я против.
— Дай мне полдозы.
— Тоже против.
— Зелёный, твою налево, не тебя же травим!
Юра попытался отлепить голову от подушки, чтобы взглянуть на Ваську. Лежавший между ними Серёжа всеми силами показывал свое несогласие. Это было понятно, ведь он потерял немало сил во время «возвращения» ему личности, за что Юра ему был несказанно благодарен. «Друг в беде не бросит…»
Так они и лежали. Спустя какое-то время Васька всё-таки перехватил его взгляд, недовольно вздохнул и сполз с кровати по направлению к шкафу.
— А может всё-таки табуреткой?
— Вася!
Из блистера выпало три таблетки. Значит, полная доза – шесть. Нехило… Бутылка с водой стояла рядом. Снотворное удалось проглотить всё за раз, но вяжущий привкус во рту не пропал даже после пары глотков.
— Через сколько подействует?
— Полчаса-час. Что ты так на меня смотришь? Я предлагал более быстрый способ, но вы же оба против…
Юра откинулся на подушку. Спать хотелось неимоверно, однако тошнота, набегавшая волнами, не давала ему покоя. «Сейчас всё пройдёт. Сейчас будет легче». Он почувствовал, как постепенно расслабились кончики пальцев. С каждой секундой сон всё сильнее затягивал его в свои объятья. И через некоторое время он провалился во тьму.
***
Разбудить Юрика что на полдник, что на ужин, они не смогли. Вожатый спал крепко, как убитый. В воздухе витали тревожные настроения. Да, истощённому организму требовался отдых. Им эту истину вбили подзатыльниками в медпункте. Неприятно получилось.
Но Серёжу беспокоило другое. Парень проснется в любом случае. Только вот кем именно: Юрой или Волжском? Во второй раз удача могла быть не на их стороне…